Женя (civil_engineer) wrote,
Женя
civil_engineer

Category:

Борис Сичкин "Мы смеёмся".

"Еврейский дух слезой посолен,
Душа – хронически болит;
Еврей, который всем доволен, –
Покойник или инвалид".
Игорь Губерман

Моя жена Галя обычно недовольна Америкой, причем повод для недовольства ей долго искать не приходится. В мебельном магазине Галя на чисто русском языке с отличной дикцией пытается втолковать продавщице-американке, что ей нужен кухонный стол. Та, естественно, ничего не понимает.
– Мне нужен стол. Сто-ол... Боже, совершенно безмозглая... Стол, на котором едят....
– Галя, – пытаюсь я объяснить, – по-английски "стол" будет "тейбл".
– Тейбл! – недовольно хмыкает Галя. – Почему не сказать нормально: стол. Почему этим американцам обаятельно нужно все исковеркать?
...
Все эмигранты должны сдавать экзамен на гражданство. Пожилым разрешили сдавать на родном, а не на английском языке. Я решил позаниматься с Галей и помочь ей подготовиться к экзамену.
– Галя, сколько цветов на нашем знамени?
– Это на вашем знамени. На нашем другие цвета.
– Кто был в Америке первым президентом?
– Лучше бы его совсем не было.
– Сколько человек в Сенате?
– Да будь они все прокляты.
...
Паша пошел сдавать на гражданство. Когда я сдавал на гражданство, то, хотя я и сумел по-английски ответить на какие-то вопросы и даже что-то написал, этого оказалось недостаточным, и мне пришлось почти год ждать, чтобы прийти на пересдачу.
Паша немного понимал и знал кое-какие слова, но явно не блистал, плюс необходимость корячиться на этом ненавистном ему языке страшно его раздражала. Я пошел с ним, зная, что будет весело.
Экзаменаторша, естественно, по-английски просит его прочитать абзац из книги.
– Читай сама, – по-русски с тихой ненавистью говорит Паша.
– Напишите – у меня есть жена, и я люблю Америку.
– Я не люблю Америку, – по-русски перебил ее Паша.
Экзаменаторша ничего не может понять, с недоумением на него смотрит.
– Кто у нас президент, и кто вице-президент?
– Да срать я хотел на них обоих, – опять-таки по-русски начал накаляться Паша.
– Ду ю спик инглиш?
– Да пошла ты на хуй, выдра, со своим английским! Какого хуя придумали этот экзамен! Делать не хера! Вы ж войны, бляди, не видели! Зажрались, суки! – от громового пашиного голоса сотрясались стены. На шум скандала, столь необычного для этого учреждения, прибежал супервайзер – маленький пухленький розовый человечек, который в ужасе посмотрел на Пашу и что-то быстро умоляюще залопотал по-английски. Смысл его текста, как я понял, сводился к тому, что не надо волноваться, пусть Паша придет завтра, и он все устроит.
На следующий день я опять пошел с Леонидовым. Мы заши в комнату, за спиной экзаменаторши стоял супервайзер и с успокаивающей улыбкой антомимически объяснял Паше, что не надо волноваться – все в порядке.
– Когда была подписана Декларация Независимости? – по-английски спросила экзаменаторша.
– Что, блядь?! Она опять!! – заревел Паша.
Супервайзер в пантомиме прикладывал палец ко рту, закатывал глаза, делал успокаивающие пассы руками, давая понять, что нет повода для волнения, все это проформа, и чтобы Паша успокоился.
Паша не ответил ни на один вопрос, ничего не написал и не прочитал и не сказал ни одного слова по-английски. Через пять минут после экзамена прибежал супервайзер и вручил Паше сертификат, который в случае успешной сдачи обычно присылают по почте через месяц, в котором значилось, что Паша – гражданин Соединенных Штатов Америки.
...
Галя безо всякого волнения, по-деловому говорит о смерти.
– Борис, нам надо лечь на такое кладбище, чтобы Емельяну было удобно к нам ездить.
– Конечно. Причем хорошо бы, чтобы на соседней улице были бардак, бар и ресторан.
– Это еще за чем?
– Ну, как ты не понимаешь! Сколько раз в год Емельян будет к нам ездить? Ну, раз, два– и все. А так – поехал в бардак, вышел, смотрит – пивнушка, зашел, врезал стопаря – так и до нас дойдет. Таким образом он сможет у нас часто бывать.
...
В очередной раз Паша приходит ко мне поделиться депрессией и говорит замогильным голосом:
– Борис, я со всеми в ссоре и дружу только с тобой. Я уверен, когда я умру, только ты придешь и поднимешь мой гроб.
– Паша, я тебя очень прошу, помирись еще с тремя – один я хуй подниму твой гроб.
– Борис, – уже нормальным тоном сказал Паша, – пошел ты на хуй. С тобой не удается пострадать.
Tags: lit, pr, us
Subscribe

  • Парадоксы американской политики

    Я агностик - но за атеиста не проголосую. Предпочитаю иметь дело с верующими: они обычно боятся делать совсем уж откровенные подлости. Я за…

  • Несколько наблюдений над людьми в сетях

    Крах суверенитета личности. Об индивидуальном мышлении можно не вспоминать. Стадно-ролевое общество, феодализм. Личность пластичная и мозаичная.…

  • Разгар массового переобувания

    Демпартия объясняет, что их слоган про "верить женщине" всегда означал, что женщину надо выслушать, все проверить, и, при любой неточности, объявить,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 21 comments

  • Парадоксы американской политики

    Я агностик - но за атеиста не проголосую. Предпочитаю иметь дело с верующими: они обычно боятся делать совсем уж откровенные подлости. Я за…

  • Несколько наблюдений над людьми в сетях

    Крах суверенитета личности. Об индивидуальном мышлении можно не вспоминать. Стадно-ролевое общество, феодализм. Личность пластичная и мозаичная.…

  • Разгар массового переобувания

    Демпартия объясняет, что их слоган про "верить женщине" всегда означал, что женщину надо выслушать, все проверить, и, при любой неточности, объявить,…