Женя (civil_engineer) wrote,
Женя
civil_engineer

Categories:

Плохо забытое старое.

Ещё раз о вчерашнем. Почему плохому народ верит сразу и без честного слова? Потому что ничего нельзя придумать: всё уже придумано до нас.

...Напрямую воззвать к общественности, уже зимой 2001-го, предложил мой добрый знакомый, по совместительству — известный писатель; вскоре текст уже пошел по рукам. Не стану делать вид, что мы не принимали в этом участия — дело касалось нашей судьбы; к тому же люди в телекомпании собрались пишущие, каждый сам себе Тургенев, и остановить этот стилистический перфекционизм удалось не сразу.

Наконец утвердили окончательный вариант текста — и пошли за автографами. Признаться, имелось опасение, что «подписантов» будет немного: с НТВ к тому времени мало кто хотел контактировать. По меткому словцу Сорокиной, мы были как чумной барак.
Подписали, однако, многие, причем иные — весьма неожиданно для нас. Актера N. например, мы поначалу даже не собирались включать в список — знали как изрядного конформиста и полагали, что увильнет. Но кто-то сказал: надо дать человеку шанс. И N этот шанс использовал, своей подписью напомнив нам, что человек — галактика довольно малоизученная.
Наблюдать процесс подписания, отказа или рефлексий по этому поводу было невероятно интересно! Я был одним из почтовых голубей акции — и имел такую возможность. Мгновенно и прекрасно, без секунды раздумья, поставили свои имена под текстом Ахмадуллина и Приставкин, Джигарханян и Чурикова... Замечательный театральный режиссер, забытый нами в спешке, звонил и сам просил включить его в список. С юношеским пылом сказал «да» Александр Володин, и еще несколько раз, словно преодолевая расстояние между Москвой и Петербургом, крикнул в трубку свое «да».
Мой учитель и кумир юношеских лет, художественный руководитель МХАТа Олег Табаков прочел текст, шумно втянул в себя воздух и, поморщившись, сказал:
— Витек, мне ж Волошин помогает с театром...
— Я пришел не к директору театра, — ответил я, — а к гражданину России Олегу Табакову.
Это был удар ниже пояса. Мой любимый Олег Павлович крякнул, подтянул к себе лист, размашисто подписался — и, как мне показалось, с облегчением откинулся в кресле.
Список «подписантов» был впечатляющим, но, рискну сказать, не менее впечатляюще смотрелся бы список тех, кто подписывать письмо не захотел.
Мотивы отказа, как и их формы, были различны, Знаменитая актриса кричала в трубку: «Не впутывайте меня в это дело!» Она была пьяна, одинока и нуждалась в публике, поэтому я успел уже трижды попрощаться, а актриса всё кричала что-то про меня и мою говняную телекомпанию. Известный актер и худрук великого в прошлом театра отказал жестко и без объяснений. «Думайте обо мне что хотите», — сказал он. Что я и делаю.
Но были и другие отказы.
— Не обижайтесь, Витя, — сказал мне один замечательный музыкант. — Я не подпишу. Я ничего не боюсь, я клал на них и при советской власти... Но я только-только выбил в Кремле стипендии для студентов; если я подпишу, они перекроют мне кислород.
Чудесная актриса из ныне независимой балтийской страны, в прошлом звезда союзного значения, с нежным акцентом объяснила, что в случае подписания письма они просто не продлят ей российскую визу и сорвут гастроли.
Кто такие эти загадочные «они», разъяснил мне пожилой писатель, безукоризненный человек, гордость и совесть нации. Он просил у меня прощения и грозился встать на колени, чего я, клянусь, не перенес бы, потому что всю свою жизнь обожал его и буду обожать.
— Вы же знаете, — говорил писатель, — у меня благотворительный фонд...
Он помогал тяжело больным детям. Его лицо было пропуском в самые высокие кабинеты, его имя открывало финансирование — и какие-то крохи с федерального стола перепадали несчастным...
— Витя! — сказал писатель. — Если моя фамилия появится под этим письмом, все эти стальевичи-павлиновичи перестанут снимать трубку. Я просто ни до кого не дозвонюсь... Всё держится только на моем имени. Простите меня...
Мне не за что прощать пожилого писателя. Я люблю его по-прежнему. Впрочем, может быть, и он, и музыкант, и актриса — ошибались? Может быть, никто не стал бы сводить с ними счеты за симпатию к оппозиционной телекомпании? Допустим. Но почему-то все трое — мудрые, знающие жизнь люди — были твердо уверены, что первые лица города и страны, все эти сталъевичи-павлиновичи, не моргнув глазом, оставят всенародно любимую актрису — без гастролей, студентов — без стипендии, а тяжело больных детей — без финансирования, что в конкретном случае означало бы смерть.
Почему же лучшие люди страны были так в этом уверены?
Шендерович "Здесь было НТВ"
Tags: polit, rus
Subscribe

  • Нормальный фильм

    Посмотрел с удовольствием. Есть над чем задуматься! Приятно посмотреть. Финал странный. Начало отстойное. О чем этот фильм? Майор полиции известен…

  • О любви

    Жил был один добрый и богатый человек. И был у него классный магазин промтоваров. И решил этот человек женится. Ну, в Штатах, любовь живёт три года,…

  • (no subject)

    На майском, 1982 года, пленуме ЦК КПСС была принята Продовольственная Программа. В которой правившая единолично партия признавала острейший товарный…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 30 comments

  • Нормальный фильм

    Посмотрел с удовольствием. Есть над чем задуматься! Приятно посмотреть. Финал странный. Начало отстойное. О чем этот фильм? Майор полиции известен…

  • О любви

    Жил был один добрый и богатый человек. И был у него классный магазин промтоваров. И решил этот человек женится. Ну, в Штатах, любовь живёт три года,…

  • (no subject)

    На майском, 1982 года, пленуме ЦК КПСС была принята Продовольственная Программа. В которой правившая единолично партия признавала острейший товарный…